Прежние результаты уже неактуальны.
В отличие от своих коллег из первой клиники, я не вру. Во-первых, не люблю этого. Во-вторых, если ее направил ко мне Кравцов, то значит, никакой особой выгоды он не ждет.
— Да... — Шаталова разочарованно поворачивается к мужу.
Во взгляде так и читается: «Скажи ей, чтобы отстала!»
— Моя жена сдаст все необходимые анализы, — безразличным тоном произносит ее «спаситель». — Что еще потребуется?
— В медицинской карте отсутствует ваша спермограмма. — Чтобы посмотреть на Шаталова, приходится собрать в кулак всю волю.
— Я прямо сейчас могу назначить расширенное обследование и распечатать вам инструкцию, как готовиться к сдаче материала.
Голос звучит четко, без дрожи. Но на последней фразе внутри все начинает клокотать. Неуместные, слишком интимные воспоминания взрываются в голове яркими вспышками.
— Не нужно. Пустая трата времени, — холодно обрубает Шаталов.
— Если есть хотя бы один шанс... — Я все же срываюсь на хрип. — То не понадобится никакой донор.
На слове «донор» хочется подняться с места и рвануть за дверь.
Ненадолго. Просто продышаться. Без лишних глаз и чужого, слишком пристального внимания.
— Я бесплоден. Полностью. Это установленный факт. Занимайтесь женой. — Шаталов словно хлещет фразами по моим щекам.
Те тут же вспыхивают. И чтобы не выдать себя или, что еще хуже, не рассмеяться, я отворачиваюсь к монитору.
— Хорошо. — Поправляю очки и волосы. Черные. В каре. — Сейчас выпишу последние направления, и через три недели сможем начать.
Непослушными пальцами вношу в свеженькую анкету оставшиеся данные.
Больше не оглядываюсь и не пытаюсь что-то понять. Стараюсь выполнять свою работу, как делаю это уже пять лет. Но не успеваю нажать на кнопку печати, как Шаталов встает. И, поставив руки на столешницу, наклоняется ко мне.
— Елизавета Ивановна… — произносит медленно, будто пытается почувствовать вкус моего имени. — Мы раньше с вами не встречались? — как гром среди ясного неба раздается возле самого уха.
Паника молнией проносится по телу.
От внезапной близости вспыхивают все нервные окончания. Огнем горит каждый сантиметр кожи. Я и забыла, как это бывало. Особая магия этого мужчины. Девять лет прошло, но работает! Словно прописано в коде ДНК.
— Вряд ли. — Ногти до боли впиваются в ладонь, и голос звучит спокойно.
— У меня странное ощущение, что где-то вас видел."
"Шаталов вскидывает руку и без разрешения касается моего лица. Ведет кончиками пальцев вдоль левой скулы. От щеки к виску.
