И теперь этот компромат надо срочно найти. Кровь из носу…
Как? Пока не знаю… Но ничего, прорвёмся…
* * *Городская больница № 4. Современный хирургический корпус. Серое стекло, металл, чистота, стерильная до раздражения. Я зашёл в холл, где пахло хлоркой, кофе из автомата и духами на медсёстрах.
Подошёл к стойке, сказал, что к Черкасову Павлу Павловичу. Меня спросили: «Вы родственник?».
Я пожал плечами:
— Брат.
Девушка за стойкой вскинула бровь, потом кивнула и протянула мне набор: бахилы, синие, как небо, одноразовую накидку и сетку-шапочку, чтобы не дай бог не распугать больничных микробов.
Старательно натянул всё на себя, как будто собирался не подстреленного навестить, а в зону заражения.
Прошёл по указателю — хирургия, четвёртый этаж. Палата 406.
ВИП. Кто бы сомневался. Явно не за счёт государства, Палыч-то сейчас при деньгах. Свой ЧОП. Который охраняет Валета.
Дверь с матовым стеклом, что лишь пропускает смягченный свет, не картинку. Постучал и открыл. Палата слишком хороша для больнички.
Не так всё раньше было. Светлая, просторная. Два окна, аккуратные белые жалюзи. Тихо гудит климат-контроль. Телевизор на стене, столик с фруктами, чайник, книжка Каверина «Два капитана» на тумбочке. Рядом прислонены костыли. Палыч лежал на боку, нога забинтована. Увидев меня, приподнялся, сел. Лицо бледноватое, но живое. Вполне.
— О, Макс… Привет. Не ждал тебя, Яровой. Думал, навещать будут только врачи да менты, — хмыкнул он.
Я снял дурацкую шапочку, шагнул ближе.
— Здравия желаю, товарищ полковник.
Пришёл навестить. Как ты тут?
Он криво усмехнулся. Но в глазах — уже не простое дружелюбие. Что-то тяжёлое, оценивающее.
— А я, знаешь ли, проверил по своим каналам… Нет у нас такого оперуполномоченного Ярового в Новознаменске, — прищурился он.
Тишина. Даже кондюшник заткнулся.
Глава 2
— Ладно, не хочешь рассказывать — не рассказывай, — кивнул Палыч, переводя взгляд. — Понимаю… Но я понял, кто ты…
Я напрягся.
— Да? И кто?
— Ясно одно — ты не местный. Из Москвы, небось, командировали.
А раз опер из самой столицы прибыл, значит, в нашем болоте кто-то слишком громко хлюпает. Так? Я угадал? Что за делюга у тебя здесь?
— Да ничего такого, — пожал я плечами. — Плановый выезд. В рамках оказания практической и методической помощи, так сказать.
— Помощи? — прищурился Черкасов. — И всего лишь?
— Ну да… Бывают и такие командировки."
"— Макс, я не вчера родился. А тем временем у нас Рябинин в ИВСе башкой приложился… И — на тот свет.
