Вот текла над хуторами и деревнями Севера огненная птица — и вмиг оборачивалась она в гигантского золотого гепарда. Не успевали разглядеть его, шествующего важно, высекающего искры из облаков, как превращался он в пламенного быка или крадущегося волка.
И только самые глазастые и отважные, не прячущиеся от жара и не впадающие в панику, могли разглядеть на шее у текучего огненного зверя, закрывшего небо, сидит обнаженная беловолосая женщина.
Алекс Свидерский вышел из палатки, расположенной в лагере северян в пригороде Лесовины, при первых же содроганиях земли.
Сражений не было уже трое суток — иномиряне накапливали силы у перехода, который так и зиял в двух десятках километров от Лесовины, и готовились снова ударить по столице. В другом направлении у врагов дела шли куда лучше — они уверенно продвигались к Блакории, и единственными, кто оказывал им сопротивление с той стороны, были партизаны. Армия была брошена на защиту Лесовины и расположенных за ней земель и блокирование пути в Центр Рудлога.
К Алексу, застывшему при виде исполинского огненного духа, подошел Алмаз Григорьевич, покряхтел, дергая себя за бороду. На улицы городка высыпали и жители, и солдаты, и все изумленно глядели в небо.
— Не думал, что я еще чего-то не видел на Туре, — сказал старый маг скрипуче.
Из командного пункта, разместившегося в одном из гостеприимных хуторов, вышел и командующий в сопровождении офицеров. Подошел к магам, протянул бинокль Свидерскому.
— Посмотрите, Александр Данилович.
Это не опасно? Не стоит ли нам эвакуировать лагерь?
Алекс поднес бинокль к глазам. Замер, отнял его от лица и снова поднес.
— Могу поклясться, что этим огнедухом управляет ее величество Василина Рудлог, — проговорил Свидерский с изумлением и передал бинокль учителю. — Генерал Олбжеш, лагерь эвакуировать не стоит. Нужно немедленно отводить наших разведчиков от портала, к нему отправимся мы с Алмазом Григорьевичем. Я помню, что было у Иоаннесбуржского перехода.
Если я верно все понял, то сейчас и у местного будет очень жарко.
Огненный зверь за пятнадцать минут преодолел сотни километров от вулкана до Великой Лесовины. У портала, вокруг которого метались обезумевшие от ужаса иномиряне, он оказался еще через взмах крыла.
В него стреляли, на него пикировали сотни раньяров, вспыхивая свечками у его тела. От сияющего в земле ""цветка""-перехода во все стороны разбегались люди и инсектоиды.
