Глебов приезжает к окончанию пар и ждет рядом с ректорским местом, где всегда паркуется Марк.
Первое мое желание — изобразить, что не заметила, и через черный ход сбежать на остановку. Абсолютно ненормальная реакция, учитывая, что нам нужно встретиться и обговорить суд.
Но реализовать свой план не успеваю. Следователь уже увидел меня и идет навстречу.
— Привет, красавица, карету ждешь? Я вместо нее. — Он протягивает руку, словно мы давние приятели или коллеги.
— Здравствуйте. Если Марка нужно подождать, я подожду.
— Пячусь назад.
— Шаталова не будет. Пошли в машину.
— Он не предупреждал, что сегодня меня повезете вы.
— Иногда обстоятельства возникают внезапно. — Распахнув дверь, Глебов кивает в сторону салона.
— И все равно... Я дождусь Марка. — Начинаю оглядываться по сторонам, продумывая, кого звать на помощь.
— Некого тебе ждать, — хмыкает следователь и распахивает другую дверь. Заднюю. С огромным чемоданом на сиденье. Пакетом и тапочками поверх всей этой картины."
"От увиденного я впадаю в ступор.
Все эти вещи мои. Еще утром они были в доме Шаталова. И никто ничего не собирал.
— Узнаешь добро? — Радушная улыбка тает на лице Глебова.
— Да...
— Тогда должна понять, что ни к какому Шаталову ты не поедешь. — Он захлопывает дверцу. Громко. Будто машина не его. И снова командует: — Всё, быстро внутрь. Нечего тут фейсами светить. Не то время.
Не знаю почему, но верю сразу. И в то, что не повезет. И в то, что придется ехать. Внутри все клокочет от напряжения. Каждый шаг дается с трудом.
И все же я дохожу до машины, послушно опускаюсь на пассажирское сиденье.
— Молодец, — хвалит Глебов. — Теперь бардачок открой.
Он заводит машину, и мы трогаемся.
— Там тоже мои вещи? — вырывается с нервным смешком.
— Твои, — подтверждает следователь. — Документы на перевод в столичный мед и остальное.
— Перевод? — Я беру целую стопку всяких бумаг и от шока роняю их себе на колени.
— Все как в Питере. Второй курс. Такой же поток, — торопливо начинает перечислять Глебов. — Кстати! По поводу общежития можешь не беспокоиться.
Снимешь что-нибудь приличное. Вот наличка. — Он достает из-за пазухи тугой конверт и передает мне. — Прямо сейчас заедем в банк. Положишь на счет.
— Что это? — Конверт жжет пальцы. — Зачем?
— Затем, что теперь ты Градская Елизавета Ивановна.
Так и не дождавшись, когда сама посмотрю документы, Глебов одной рукой вытаскивает из стопки бумаг свеженький паспорт и сует его мне.
— Можешь забыть о прежних счетах, нужен новый.
