В квартире было холодно и сыро. Она валялась в кровати, чувствуя, что снова проваливается в свою тоску.
Попросила на работе неделю отпуска и с тоской думала, что она скоро закончится. Звонила мать и жаловалась на давление и сонливость – погода! Анна, зевая, отвечала, что у нее тоже трещит голова и все время хочется спать.
– Ты хоть что-нибудь ешь? – беспокоилась мать и предлагала поехать в теплые края. – В Грецию, а Ань? Или в Испанию?
Анна отказывалась. Ехать на море? Без него?
Книги не будет. О чем писать? О великом режиссере? Вряд ли он был великим, он был просто хорошим режиссером.
Просто человеком. Совсем не героем. Обычным человеком со своими страстями, привычками, горестями, обидами. Он предавал, и его предавали. Он уходил, и от него уходили. Он обижал, и его обижали. Делал добрые дела и совершал благородные поступки. О нем хорошо говорили те, кому он помог. Ненавидели те, кому он перешел дорогу, кого смертельно обидел – нарочно или случайно, поди разбери. Совершал глупости и ошибки, за которые потом платил.
Шел на компромиссы и отказывался от них. Пытался сопротивляться и набивал шишки. Выстаивал и сдавался. Оставлял в чужих душах и судьбах свой след, белый и черный. Самый обычный живой человек. Для кого-то – гений, кумир. Для кого-то – злодей и предатель. Бог и ничтожество. Обычный человек – а кому интересно читать про обычного человека, совсем не героя?
Впрочем, для нее – он герой. Герой ее романа, любимый человек. Он – в ее сердце. И это главное.
* * *Пролетела неделя.
По-прежнему лили дожди. Снова тошнило и хотелось спать. Решила: больничный, хотя бы еще на неделю. Наверняка гастрит. Сколько можно на нервах и на колбасе без хлеба? Наверняка низкое давление, вегетососудистая дистония. А значит, есть шанс получить еще неделю свободы и одиночества.
Участковая врачиха оказалась не вредной: померила давление, помяла живот.
– Недели хватит?
Наказала есть каши и пить кисели. Анна усмехнулась и покорно кивнула.
Выписав больничный, врач на минуту задумалась:
– А у гинеколога давно была?
Анна удивилась:
– А зачем мне к нему? Я не его клиентка.
Врачиха обрадовалась:
– Вот и сходи. На третий этаж. Молодая ведь женщина – а такое бескультурье! Обещаешь?
Анна кивнула.
– И принеси справку, что все в порядке.
Анна вышла из кабинета. Подниматься на третий этаж не хотелось, портить отношения с врачихой – тоже.
У кабинета гинеколога сидели две женщины, и обе беременные. Они о чем-то тихо и оживленно переговаривались.
